Грибовка Фестиваль
logotype

"Чүглүг" чагааларга...

mengi-75@mail.ru

Тыва үжүктер

Бээр бас ҢҮӨ!

Тыва-орус сөстүк

Сөстүк(Тенишевтиң-дир).doc

Башкылар

Экии, хүндүлүг башкылар! Сайт кылдырар күзелдиг башкылар бар болза tuva@mail.ru че бижиптиңер.

Чижээ: менги.башкы.рф азы mengi.bashky.ru ышкаш боор.

Хүндүткел-биле, Эраст Хертек.

Тыва Википедия

 

Тыва солуннар

ТУВИНСКИЙ РОМАН: ХУДОЖЕСТВЕННОЕ СВОЕОБРАЗИЕ, ГЕНЕЗИС PDF Печать E-mail
Автор: Меңги Ооржак   
09.02.2014 15:25

С. С. Комбу

Тувинский государственный университет,

г. Кызыл, Республика Тыва, Россия

Первым романам тувинской литературы, зародившимися в 1960-1970-е годы предшествовали малые повествовательные формы. Это в первую очередь рассказы, очерки, повести. Они подготовили почву для появления романа. «Природа романа - пишет Г. Фридлендер, - как жанра оказалась в наибольшей степени отвечающей тем новым запросам жизни и тем новым задачам, которые ставила перед литературой изменившаяся действительность. Свойственное роману композиционное построение вокруг судьбы одного или переплетающихся судеб нескольких основных героев, которые находятся во взаимодействии и борьбе друг с другом и переживания которых носят типичный характер; более широкие возможности…, для изображения как внутренней жизни героев, так и внешней обстановки, среды, быта; возможность сочетать в романе различные точки зрения и аспекты изображения, соединять в нем эпические мотивы с драматическими и лирическими… - все эти специфические черты романа сделали именно роман литературным жанром, наиболее подходящим для изображения новой общественно-исторической обстановки» [4]. Представляется необходимым при этом подчеркнуть, что в своем развитии жанр романа в тувинской литературе прошел путь, типологически сходный путем романа в других регионах, с которыми ее связывает общее культурное развитие. Сходным был и путь овладения жанром, не являвшимся для литератур народов Сибири, Севера и Дальнего Востока традиционным. Типичным, как представляется, является и освоение романного жанра автобиографичность. Иными словами современный тувинский роман, как и романы из литератур народов Сибири, Севера и Дальнего Востока, начинался с автобиографизма. Это помогало преодолеть традиционные схемы изображения человека в литературе, собственный жизненный опыт и наличие документальной основы представляются своего рода залогом правдивости отображаемого материала. Жизненный опыт автора-повествователя, запечатленный в виде духовной биографии героя, отражает этапы становления его сознания. Интересно и сходство, проявляющееся в многообразии использования самых разных форм и эстетических направлений. В каждом романе так и тувинских, так и писателей Сибири, Севера и Дальнего Востока заключено такое богатство жизненных наблюдений, размышлений и обобщений автора, что последующие поколения читателей и зрителей открывают новые нравственные пласты. В первых романах тувинской литературы отчетливы отдельные творческие принципы, где особенности местной реальности придали специфически национальный колорит и неповторимую оригинальность. Типологическое сходство литературного процесса литератур народов Сибири, Севера и Дальнего Востока обусловлено значительной общностью их исторического развития и отражаемая в литературе действительность – они пережили этап сложных социальных преобразований.

В 1960-1970-е годы дальнейшего развития тувинского романа характеризуется идейно-тематическим многообразием. Появился первый роман «Стремнина Великой реки» (1965) М. Кенин-Лопсана, написаны роман-дилогия «Повесть о светлом мальчике» (1961, 1966) С. Сарыг-оола и «Неудержимые» (1967), «Родные люди» (1970) О. Саган-оола. В 1967 году повесть «Слово арата» С. Токи, состоящая из трех частей, сформировалась как роман-трилогия. Взятая в целом национальная словесность продолжает жить в этот период наиболее полнокровной и напряженной жизнью.

Период становления романа в тувинской литературе пришелся именно на эти годы, характеризуется освоением авторами всего разнообразия форм романного жанра. Наиболее широкое распространение в это время получили роман исторический «Стремнина Великой реки» (1965) М. Кенин-Лопсана, «Слово арата» С. Токи, этнографический («Повесть о светлом мальчике» (1961, 1966) С. Сарыг-оола) и социально-бытовой (романы О. Саган-оола «Неудержимые» (1967), «Родные люди» (1970).

К концу шестого десятилетия XX века из тувинской литературы уходит автор-повествователь, выражающий свое индивидуальное, субъективное видение мира.

Новый поворот тувинской литературы к романному жанру, к большому эпическому произведению, новое возрождение интереса к масштабному, всестороннему изображению истории народа, национального и человеческого опыта наметился с начала 1970-х годов. В эти годы появились романы «Тувинка» (1971) М. Кенин-Лопсана, черный и красный тома (первая и вторая книга) романа-тетралогии «Улуг-Хем неугомонный» (1973, 1974) К.-Э. Кудажы, «Танец козерога» (1976) М. Кенин-Лопсана. Из этих романов убеждаемся, что они свидетельствовали о новых формах синтеза в литературе, синтеза эпического и лирического. Эти романы отличаются проблемностью, социальностью – качествами, присущими произведениям эпического плана, обладают еще одной важной особенностью – лиризмом, интересом к человеку, его личности, к его социальной психологии, исследованием души человека, его сокровенного «я», его внутреннего мира. Все они содержат в себе разные степени лиризма, разные пропорции эпического и лирического, их синтез.

В 1980-1990-е годы роман пережил заметную эволюцию. Эти годы – годы нового периода в развитии тувинского романа – характеризуются появлением новых тенденций и направлений, в значительной степени отличающихся от приоритетов предыдущих десятилетий. Наметился к углубленному психологизму в изображении человеческих взаимоотношений, в утверждении ценности человека. Это особый период в развитии тувинского романа. Наблюдался период интенсивного роста появления различного уровня произведений. В литературу приходит новое поколение молодых литераторов. Принципиальным новым для тувинской литературе тех лет стало появление в ней профессиональных писателей, сумевших выразить общественное мнение, повысить качественный уровень литературы. Это сложный и многосторонний процесс, в целом свидетельствующий о том, что в тувинской литературе именно реалистическая проза развивается чрезвычайно интенсивно. По своему характеру она неоднородна, ибо в творчестве разных писателей опыт других находит специфическое проявление. Были напечатаны «Посторонняя женщина» (1980) С. Сюрюн-оола, «Юрта табунщика» (1980), «Колыбельная бабушки» (1984), «Младший чертенок» (1989) М. Кенин-Лопсана (все три книги романа-тетралогии), «Старые стойбища» (1983), «Маралье заклинание» (1989) Э. Донгака, «Шестьдесят богатырей» (1987) С. Сарыг-оола, появился серебряный том (3-я книга, 1989) романа-эпопеи «Улуг-Хем неугомонный» К.-Э. Кудажы.

В это время почти все художественные произведения так или иначе затрагивали историческую тематику. Развитие исторической темы в творчестве того или иного писателя раскрывает степень его гражданской зрелости, характеризует направление его художественно-эстетических поисков. Лучшие произведения на эту тему, пронизанные историческим духом, всегда играли и продолжают играть заметную роль в литературном процессе Тувы. Разработка исторической темы, прежде всего в жанре романа, обогатила тувинскую литературу в сфере нравственной проблематики, постановки коренных вопросов о сущности человека и общества, способствовала раскрытию широких возможностей реалистического метода в художественном освоении действительности, активизации эпического начала в тувинской прозе. За показом истории кроются обыкновенные, сугубо личные стремления людей. Однако в дальнейшем диапазон идейно-тематического содержания литературы значительно расширяется.

На анализе романов «Посторонняя женщина» (1980) С. Сюрюн-оола, «Старые стойбища» (1983), «Маралье заклинание» (1989) Э. Донгака убеждаемся, что в 1980-1990-е годы в тувинском романе развивается критико-реалистическая тенденция. Новые негативные явления в общественной жизни вызвали чувство глубокого разочарование у писателей, что способствовало усилению обличительного начала в их творчестве, главным героем романа изображается человек, ставший жертвой действительности, остаются актуальные общественные проблемы. Незаконченный роман «Шестьдесят богатырей» (1987) С. Сарыг-оола, на наш взгляд, открывает нам новые горизонты в осмыслении национальной битвы, к опыту которой будут обращаться грядущие поколения и в качестве читателей, и в качестве историков-исследователей, и в качестве художников слова.

С 1980 по 1990-е годы общий объем романной продукции из года в год возрастал, статистические данные показывали абсолютный рост числа как пишущих, так и читающих. Со времен перестройки наблюдается снижение их количества. Это объясняется тем, что возрастала конкуренция со стороны средств массовой информации, информационной технологии.

В 1990 годах кроме четвертой книги «Золотое сердце» (1992) романа-тетралогии «Юрта табунщика» М. Кенин-Лопсана, «Ворон, говорящий по-тувински» (1994) С. Сюрюн-оола, «Кара-Бай» (1994) Е. Тановой, практически не появилось сколько-нибудь значительных произведений. Через показа личности писатели показывают историю края. Это означает, на наш взгляд, в тувинской романистике до сих пор остается автобиографический и исторический роман. Исторический роман 1990-х годов далек от исторической прозы, прежде всего романов 1950-1960-х годов по своим идейно-художественным задачам, и по средствам их решения. Эти романы попытка отнестись к истории с большей объективностью, и попытка на пороге нового тысячелетия проследить некие закономерности исторического развития региона. В эти годы появились романы, написанные их авторами ранее, не оставшиеся не опубликованными в силу ряда причин. Таковы романы «Арзылан Кудерек» (1996), «Буян-Бадыргы» (2000).

С самого начала своего существования романы тувинской литературы отражают не только события далекого или близкого исторического прошлого («Настигающий птицу» М. Кенин-Лопсана, «Слово арата» С. Тока, «Ворон, говорящий по-тувински» С. Сюрюн-оола), но и сама жизнь, процессы, происходящие в общественном развитии, рождают новых героев, что, в свою очередь, способствуют появлению большого жанра, «жанра жанров», способного воссоздать сложную и полную конфликтов действительность. Здесь уместно вспоминать слова Чернышевского о том, что «первое и общее значение всех произведений искусства – воспроизведение интересных для человека явлений действительной жизни» [6]. И эта мысль находит дальнейшее углубление в суждениях гениального русского писателя Л. Толстого: «Чем глубже зачерпнуть, тем общее всем, знакомее и роднее» [3].

В романах тувинских писателей под разными углами зрения вновь и вновь прокручиваются одни и те проблемы истории края: народно-освободительная революция, годы репрессии… «История показывает человечество, как природа показывает местность с высокой горы…» - писал В. Чалмаев [5].

Литературовед А. Михайлов также отмечает: «Роман делает своим объектом историческое сознание современности во всей его шири, вместе со всей «видимостью» и всеми «мнениями», которые его образуют, разбирается во всем этом, но и никуда не отходит от современности, в которой и его происхождение, и его призвание. В конечном счете, своей специфической работы над историческим материалом роман возвращает историю к самой себе. Это означает, что роман превращает своего читателя в свидетеля истории, постигнутой широко и глубоко. Читатель благодаря роману, если цели его реально достигнуты в подлинности и изначальности художественного произведения, становится свидетелем не частной истории, т.е. отдельного факта, события, которые он может наблюдать в жизни случайно, но свидетелем исторической полноты, целого разворачивающегося смысла истории» [2].

Вкрапление писателями реальных исторических фактов в сюжетную канву текста, создание ярких, убедительных образов в народе, обращение к лучшим фольклорным образцам, использование этнографических деталей придают романам отчетливую национальную колоритность.

В романах тувинских писателей раскрыты важные проблемы, касающиеся как повседневной жизни, так и общечеловеческого бытия. Показывая сложность духовных исканий героев, они раскрывают нравственно-философский смысл таких понятий героев, как судьба, ответственность, вера, воля, совесть, любовь.

В истории тувинского романа были трудные времена, одним словом, сложными были цензурные условия. Имели место случаев запрета публикации художественных произведений. Так романов И. Бадра «Арзылан Кудерек», «Пилот Кидиспей» не публиковали ряда лет. Лишь спустя годы, к счастью, сын писателя позже ставшим тоже известным писателем, поэтом Игорь Бадра публиковал произведения отца. И роман сразу завоевал интерес у своих читателей. Тяжела была участь романа М. Кенин-Лопсана «Буян-Бадыргы». Это потому, что роман как художественное произведение, участвует в исследовании современного состояния общества.

Во всем протяжении своего исторического развития тувинский роман сохранял верность своим первоначальным опытам и истокам. Сегодня тувинский роман, на наш взгляд, убедительно иллюстрирует основные закономерности развития действительности с начала века. За годы своего развития роман в тувинской литературе осваивал новые достижения мировой романистики и одновременно генерирует собственную, специфически тувинскую стилистику и проблематику. Пройдя стадию определенного развития, тувинский роман сможет достигнуть наивысшего уровня мирового масштаба. Об этом верно заметил литературовед Г. Ломидзе: «лишь высокохудожественные национальные творения, созданные на живой национальной почве, способны обогатить общечеловеческую культуру, что лишь высокохудожественное и подлинно гуманистическое национальное способно подняться до интернационального звучания» [1].



Библиографический список
Ломидзе Г. Интернациональный пафос советской литературы. – М., 1970. – с. 45.
Михайлов А. В. Роман и стиль. В кн. Теория литературы. Роды и жанры. В 4 т. Т. 3. – М., ИМЛИ РАН, 2003. – 592 с. – С. 328-329.
Толстой Л. Н. О литературе. – М., 1955. – С. 264.
Фридлендер Г.М. Поэтика русского реализма. – Л., 1971. – С. 80.
Чалмаев В. Указ. Соч. – С. 112.
Чернышевский Н. Г. Полное собрание сочинений. В 5 Т. – Т. 4. – М., 1974. - С. 108.

http://sociosphera.com/publication

 
Солун-дур бе? Эштериңге чугаала:

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Үлегер домактар

Аныяаңдан адың камна

Бак сагыш башка халдаар

Далашкан күске сүтке дүжер

Тывызыктар

Тывызыым дытта, тоолум дошта

Итпе, итпе, кузуптар мен

Ашак-кадай чогушкан, аал ишти тоттурган

Тариналар

ОМ МАНИ ПАД МЕ ХУМ

ОМ ТАРЕ ТУУ ТАРЕ ТОРЕ СУУ ХАА

ОМ АРА БАЗА НАДИ